Лиара одернула майку, перепавшую с чужого плеча, на цыпочках миновала лазарет и ступила на общую часть палубы. Убедившись, что ярус опустел, она расположилась за столом и через датапад вошла в экстранет, где первым делом, превозмогая граничащую со стыдом неловкость, нашла публичную базу Альянса. В строчке поискового запроса возникло имя, которое весь вечер вертелось в мыслях. Через мгновение на экране замелькали ряды светящихся строк, чередуясь с тусклыми фотографиями.
— Не спите, — знакомый голос прервал ее чтение. — Тяжелый день, верно?
Шепард обогнула стол и остановилась у Лиары за плечом через секунду после того, как та успела выключить экран.
— Это военный корабль, доктор Т’Сони. Распорядок дня экипажа связан со сменами. И если вы намерены здесь оставаться — никаких праздных шатаний по палубе в неурочное время. Впредь я не собираюсь об этом напоминать.
— Простите, Шепард. Я не думала, что помешаю кому-то. Мне не спалось, и я решила...
— «Простите, мэм», — поправила она. — Как вы, держитесь?
— Держусь, мэм.
— Вот и славно.
— Мне жаль, если мое присутствие доставило вам неудобства. Я слышала разговоры экипажа...
Мысль о том, что другие считают, будто она может работать заодно с Сареном, ввинчивалась раскаленным шурупом в голову. На Лиару смотрели искоса, и судя по тому, какие слухи ходили по кораблю, разговор Шепард с Советом вряд ли прошел гладко.
— Не доставило, — прервала Шепард с улыбкой. — Интересно было проверить границы своих возможностей. И поверьте, доктор, они достаточно широки, чтобы я могла завести на «Нормандии» хоть ручного пыжака.
— Коммандер, а это правда, что на Торфане?..
— Если я начну рассказывать про Торфан, вы вовсе не уснете. А я хочу видеть вас выспавшейся. Восемь утра, грузовой отсек. Опоздаете — получите наряд вне очереди.
— Но зачем, капитан?
— Не «зачем», а «есть, мэм».
Шепард проводила ее взглядом до двери медицинского отсека. Замерев в дверном проеме, Лиара обернулась:
— Но когда-нибудь вы расскажете, мэм?
— Расскажу. Когда будете готовы учиться.
Еще днем молодая кварианка по имени Тали согласилась скинуть на инструментрон Лиары запись разговора Бенезии и Сарена, проливавшую свет на события последних дней. Азари взбила подушку и улеглась на койку, глядя в потолок. Голос матери, повторявшийся в наушнике снова и снова, наконец превратился в знакомый с детства напев, а темнота обернулась каруселью звезд. Лиаре показалось, что теплые мамины пальцы накрыли руку, лежащую поверх одеяла, и тогда она уснула под звуки самой странной колыбельной, которую ей доводилось слышать.
***
— Десятая «Гарпия». — Шепард поставила на оружейный стол опустевшую чашку и вложила Лиаре в руку видавший виды пистолет, изборожденный глубокими царапинами. — Снятая с производства линия Альянса. Быстро греется, но точность меня никогда не подводила. Держите, на первое время сойдет.
— Вы отдаете мне свое оружие?
— У меня теперь спектровские регалии, — пожала плечами Шепард. — Правша, Т’Сони? Палец на спусковой крючок, ноги на ширину плеч, корпус развернуть правым боком к мишени. Начали!
Лиара на несколько секунд замешкалась, пытаясь понять, что от нее требуется, и Шепард без единого вздоха недовольства поставила ее в правильную стойку так быстро, что азари даже не успела зафиксировать ее движения. Рука коммандера легла на руку Лиары, вытянутую к стене, другая отвела назад плечо. Спусковой крючок мягко поддался, запястье тряхнула отдача, и звук выстрела рассек воздух. В центре красного круга образовалась вмятина.
— Теперь сами, Лиара.
Они провели в грузовом отсеке несколько часов, со стрельбы по мишеням перейдя в конце концов на биотический спарринг, и Лиара, раз за разом оказывавшаяся на лопатках, поняла, что ей достался строгий, но терпеливый учитель.
***
Кайдену невольно хотелось сравнить Шепард с морем. Как ласковые волны вдруг преображает налетевший шторм, так и ее внезапно преображала ярость. Иные сказали бы, что подобное не пристало солдату. Первые страницы ее личного дела пестрели выговорами за нарушение субординации. Вспышки гнева, не по-военному острые, сметающие все на своем пути, сменялись умиротворяющим спокойствием без всякой на то причины. Не реже бывало и наоборот. Но хотя Кайден не знал, как коммандер отреагирует на то или иное действие или даже случайно брошенную фразу, он всегда был уверен в том, что может не боясь протянуть к этому морю руку.
Когда они столкнулись у его пульта вскоре после возвращения с заброшенного судна в системе Мин, Шепард была уже на взводе. Он научился определять ее настроение по характерной складке на лбу, по движениям, вмиг терявшим плавность, по тому, как в голосе прорезался металл.
— Аленко, — нетерпеливо окликнула его коммандер, — не видели Т’Сони? Она пропустила тренировку.
— Пару часов назад Лиара вернулась к себе, и я не видел, чтобы она выходила, мэм.
— Так. — Шепард нахмурилась и сложила руки на груди. — Значит, мой собственный врач мне врет. Отлично.
Кайден прикусил язык, осознав, что по неосторожности подвел и доктора Чаквас, и Лиару. После того, как пуля из старенькой «Гарпии» пробила щит и разлетелась в грудной клетке Джулии, превращая в одно целое мясо и кости несчастной, было несложно понять, почему доктор Т’Сони забыла про тренировку. Должно быть, она так хотела остаться наедине с собой, что перестала замечать течение времени. В последний момент Кайден успел ухватить Шепард за запястье. Она обожгла его взглядом, но даже поднимавшаяся в ее глазах буря — так темнеет перед грозой небо — не заставила лейтенанта разжать пальцы.
— Коммандер... Или поговорите с ней, или позвольте мне, если не можете.
— Мне хватает проблем, лейтенант. Я не собираюсь взваливать на себя еще и те, с которыми почему-то не в состоянии справиться члены своей команды.
— Я знаю, как Лиара сейчас себя чувствует. Шепард, она впервые убила человека. И если вы не дадите ей немного времени, это ее сломает.
— Не проецируйте на других свои проблемы с Вирнусом, — фыркнула Шепард, высвобождая руку. И потом продолжила неожиданно мягко: — Вы стали солдатом... вы стали
мужчиной в тот момент, когда прикончили этого ублюдка. Никто не обещал, что меняться — это легко. Если не меняешься вовремя — вот что ломает по-настоящему.
— А для вас... это было легко?
— Хотите знать?
Она прошла вдоль стола, проведя кончиками пальцев по полированной поверхности, и села на стул задом наперед. Острый подбородок коснулся сложенных на спинке рук. Шепард, помедлив, подняла на Кайдена глаза, и даже если бы она вдруг принялась стягивать одежду, это выбило бы его из колеи меньше, чем та пугающая беззащитность, которую обнажал этот простой жест. Ее взгляд был сильнее удара под дых.
— Мне было семнадцать. Кто-то из наших раздобыл красный песок... Вы когда-нибудь пробовали красный песок, Кайден? — спросила Шепард с невеселой усмешкой. — Это наркотик, который на короткое время дает биотические способности тем, кто не обладает ими с рождения. А я обладала, хотя не знала об этом, и когда один парень потянул свои лапы куда не надо... Хватило одного движения руки. Стива отбросило на несколько метров. Я на шатающихся ногах подошла ближе и увидела покрытый кровью штырь, торчащий сквозь одежду. Его голову размозжило о камни. Вы представить себе не можете, что это такое — когда опьянение слетает вмиг... Неделей позже я стояла у дверей вербовочного пункта Альянс.
— Вы могли бы достичь больших высот в банде. Почему Альянс?
— Шутите? Да меня бы через несколько месяцев посадили на красный песок! Среди «Красных» никогда не было биотика, и они, поверьте, пошли бы на всё, появись у них возможность его заполучить. Я не стала дожидаться.
— Если бы вы рассказали это Лиаре, я уверен...
— О нет, лейтенант. Я исчерпала свой лимит на ближайшую пару месяцев. Лучше вы расскажите нашему доктору душещипательную историю. У вас хорошо получается, поверьте. Передайте, что завтра я жду ее в то же время. Пропустит — пусть пеняет на себя.
***
— Лучшее, что было в вашей матери — ее решительность, ее ум и сила, — всё это живет в вас, Лиара. Она гордилась вами до самого конца.
— Спасибо, что позволили поговорить с ней, коммандер. Мне было важно услышать эти слова. Мы много лет не ладили, и я рада, что хотя бы перед смертью...
— Ш-ш. Не плачьте.
— Вам не придется утирать мне слезы, Шепард. Но я была бы благодарна, если бы вы остались ненадолго. Не обязательно разговаривать, просто... Мне не становится не по себе, когда я думаю, что буду лежать здесь, в темноте, совсем одна.
— Я помню, как с серьезным ранением лежала в госпитале. Адмирал Хакетт каким-то чудом выбил отдельную палату. Я никогда об этом не говорила, но вряд ли он мог придумать что-то хуже. Время текло так медленно. Я отключилась только после того, как он просидел у моей кровати больше часа... Когда перед глазами столько крови, бессонница мало чем отличается от бреда.
— Это было после Торфана?
— Да...
***
Дипломатическая миссия, результатом которой стало благополучное разрешение конфликта между местным царьком, называвшим себя лордом Дарием, и Альянсом, закончилась около часа назад, и «Нормандия» еще висела на орбите Нонуэля. Кайден изо всех сил старался сосредоточиться на показаниях пульта, но он стоял слишком близко к двери и не мог не слышать обрывков разговора Шепард и Хакетта. Из них он уяснил достаточно, чтобы понять, почему коммандер вылетела из рубки, горя пунцовым румянцем. Когда она сквозь зубы бросила Кайдену не то просьбу, не то приказ присоединиться к ней в спарринге, он понял, что Шепард близка к окончательной потере контроля. И кто мог бы обвинить ее в недостатке сдержанности? После одиннадцати лет в Альянсе она имела право рассчитывать хотя бы на то, чтобы Хакетт, меркам которого она всегда пыталась соответствовать, не делал ее пешкой в чужой игре.
— Вы так сильно злитесь? — спросил Кайден, едва выстояв перед мощью накатившей биотической волны и блокировав мгновенно последовавший удар в корпус.
— Да господи, заткнитесь и перестаньте мне уступать!
Сковывая биотикой подвижность, заламывая за спину руку и, наконец, прижимая Шепард к спортивному мату весом своего тела, Кайден вспомнил, как обжег его заданный невзначай вопрос Рекса: «Кто, по-твоему, победил бы в поединке между тобой и нею?» Не так уж много нашлось бы людей, способных сравниться с коммандером в искусстве боя, но на сей раз она совершала ошибку за ошибкой, и взять верх оказалось так просто, что Кайден едва отдавал себе отчет в том, как они очутились на земле. Влажная от пота прядь волос упала Элизабет на лицо. Он чувствовал, как вздымается от тяжелого дыхания ее грудь, и в оглушительной тишине вдруг расслышал биение сердца.
***
Минуты тянулись как дни, годы, столетия. Даже короткие мгновения темноты, когда Лиара смежала веки, казались почти вечностью. Она очнулась только тогда, когда поняла, что больше не одна за своим столиком. Рядом возникла, словно из ниоткуда, Ария, в движениях которой было столько силы и грации, что любому становилось ясно: это королева покинула дворец, снизойдя до своих подданных.
— Разве за победу пьют в одиночестве?
Вокруг плясали розовые, алые, лиловые огни «Загробной жизни». Раскаты смеха сливались с глухим рокотом музыки. Неподалеку извивалась у шеста танцовщица.
— Мне не за что поднимать бокал, — ответила Лиара, не понимая глаз.
— Подними за то, что вернулась живой, — предложила Ария, проводя пальцем по искрящейся сахаром кромке стакана. — Это уже неплохо. Я не рассчитывала увидеть тебя снова. Признаться, мне казалось, что вы с этим дреллом подписали себе смертный приговор... Кто мог подумать, что ваша затея удастся? У тебя был хороший учитель, крошка. Если это она научила тебя всему, что ты знаешь, — считай, сейчас ты отдала долги. За такие уроки стоит заплатить не одной жизнью.
— Но Ферон... Я не имела права...
Ария коснулась пальцем ее губ, заставляя замолчать. Крупинки сахара растаяли от тепла, как первый снег.
— А этот урок преподам тебе я.
Не перестаю удивляться твоей плодовитости. Как, как ты рождаешь такие прекрасные тексты за такой маленький промежуток времени?
Оглушающий юст неожиданно так хорош по эмоциональному накалу, что мне даже не по себе. )
Честно говоря, я не рождала прекрасных текстов (и вообще каких бы то ни было) этак с сентября, когда вышла на учебу... Теперь, видимо, наконец прорвало, и я судорожно дописываю все черновики, какие только есть.
low lights go round
Редкий юст долетает до середины такой экспрессии.
Значит, нам стоит ожидать от тебя еще много-много прекрасных постов и зарисовок?)
Мне кажется, по второй части вообще сложно писать длинные посты — основные миссии короче, их больше, мелкие задания и вовсе проносятся как сон. Не то, что в первой — пять сюжетных локаций, каждая из которых занимает целый день.))
Ха-ха, мне кажется, я с тобой соглашусь.)) Но во второй части можно хорошенько проехаться по персонажам! Посмотрим, как будут обстоять дела у меня — я по первой-то части пишу медленно (я уже отправляюсь на Вермайр, а поста нет даже о Феросе!)...
В данный момент я планирую прикончить на суицидке Джек и сделать вид, что в моем каноне ее никогда не было, хо-хо. Сколько играю, все никак не могу придумать достойное обоснование того, что Шепард ее... кхм... приютила.
Ого! А я так и не решилась убивать кого бы то ни было, даже в угоду реализму — не могу.) Да и контента хочется поболее. Для вариативности у меня есть еще две фем!Шепард и один м!Шепард
Что до Джек, мне просто сложно представить, как в третьей части они встретятся:
— Хэй, Шепард! Как тебе моя новая прическа?
— Привет, Джек! Давно не виделись! Клевый ирокез. Пойдем кого-нибудь спасем, как в старые добрые времена!
Ну не могла Лиз держать ее на корабле. Не тот характер.
А мне интересно не то, что станет с моими альтернативными персонажами (хотя и это, безусловно, тоже — они по-своему интересны), а то, как повлияют их решения на мир. Я для того их, собственно, и создавала.) Полюбила в итоге, конечно, типажи-то прекрасные, но Мэриан — это Мэриан, я уже писала об этом.
Джек вообще слабо вписывается в команду, но там каждому можно придраться.
У меня нет придирок к Миранде, Джейкобу, Заиду, Тали и Гаррусу. Если бы к ним в компанию добавились Мордин и, скажем, Самара или Тейн (но «или», а не «и»!), я бы осталась довольна. А тут целый зоопарк. ) И Джек, увы, тот его экземпляр, который в моем случае лучше держать на цепи... Или просто притвориться, будто его не было. )