Рука Стар, хотя этого и не видно, лежит, между прочим, на рэйзеровской N7-мышке, нашем подарке. :3
Сама я в ближайшее время вряд ли найду силы перепройти — а вот смотреть, как играет Стар, было интересно. Для протокола замечу, что в процессе свет наш Катя много смеялась, часто издавала восхитительный звук наподобие «мнэ», изредка ругалась непечатными словами, нередко прикрывалась фейспалмом, регулярно ворчала и была готова всплакнуть четыре, по последним сведениям, раза (не считая тех моментов, когда оплакивался печальный удел средней реплики, ибо тысячи их). В тот момент, когда навстречу Рипли Шепард вышел главный злодей игры, весь такой you-can-wipe-out-all-synthetic-life-IF-YOU-WANT, за мной приехало такси, готовое умчать в далёко не столь прекрасное, сколь мне хотелось бы, так что конца этой вакханалии я не увидела — но вообще она была восхитительна от первой до последней минуты.
И, как ни странно, мое выкристаллизовавшееся мнение об игре снова замутилось осадком.
Разобраться бы теперь, каким.
Я об этом уже писала, да, и все-таки — время… время — это что-то вроде густой смолы; я не знаю, тут то ли «Бог сохраняет всё; особенно — слова / прощенья и любви, как собственный свой голос», то ли «Остановись, мгновенье! Ты не столь / прекрасно, сколько ты неповторимо», но когда я говорю о произведениях литературы, кинематографа или игродела, то совершенно по-другому начинаю ощущать концепцию времени. (Важную для меня — как важна была она для И. А., которого я цитирую.) Мне бы хотелось — и так, наверное, получается в нашем мультиплеерном каноне — в рамках ME увидеть историю, не имеющую конца. Она начинается в военное время, когда тучи уже сгустились, а обрывается в тот момент, когда неясно: закончится ли война завтра, или через год, или через тысячу лет, ждет героев «…happily ever after» или «…death do us part», победа или поражение; был ли их последний час таким темным, потому что скоро рассвет — или просто потому, что ночь темна?
«У нас было все впереди, у нас впереди ничего не было».
История Шепард имеет не только отправную, но и конечную точку. Для моей Элизабет это уничтожение, для Катиной Рипли это — контроль; обе они, каждая по-своему, в итоге не то мертвы, не то живы, но лично я — лично я предпочитаю взглянуть в прошлое, в то самое остановленное мгновенье — выбрать одно из десятков, даже сотен, — и увидеть, как Рипли счастлива с Тейном, а Лиз… а Лиз стоит между Тейном и Мордином на базе коллекционеров и смотрит на свою команду, готовясь к последнему бою.